Чемпионат мира по футболу 1966г., Англия (начало)

Когда в 1960 году Конгресс ФИФА решил вопрос о месте проведения очередного чемпионата, это не вызвало разногласий. Все помнили об исторической встрече 26 октября 1863 года в лондонской «Фримэн таверн», с которой и начался собственно футбол, ибо там были сформулированы опубликованные уже 1 декабря того же года законы и правила «игры в мяч только ногами» и основан первый футбольный союз — «Футбольная ассоциация Англии». Все признавали, что именно британцы «заразили» мир «футбольным вирусом», от которого нет защиты и который владеет умами и сердцами миллионов людей. О чем же спорить? Главный чемпионат должен состояться на родине футбола, венчая собой торжества, приуроченные к его столетию.

Но празднование столетия футбола было не только аргументом для проведения восьмого чемпионата в Англии, оно должно было напомнить европейцам об их приоритете как в создании футбола, так и в развитии международного футбольного движения, стимулируя «европейский патриотизм». Необходимость в такой стимуляции была: шведский чемпионат 1958 года создал опасный для европейцев прецедент — бразильцы завоевали «Золотую Нике» на чемпионате, проходившем в Европе, причем завоевали бесспорно. До этого не было случая, чтобы чемпионат выигрывала команда с другого континента, а поскольку европейцы не имели оснований рассчитывать на победу в чилийском чемпионате 1962 года, возникала опасность, что сложившийся «чемпионский паритет» будет нарушен в пользу латиноамериканцев. Предотвратить это было вряд ли возможно, но заранее призвать к реваншу стало уже своевременным.

Итоги чилийского чемпионата, на котором бразильцы одержали блистательную победу, а сборные Италии, Германии и Англии не смогли преодолеть группового барьера, подтвердили худшие опасения. В неофициальном соперничестве континентов латиноамериканцы вырвались вперед (4:3). Более того, латиноамериканцы, прежде всего бразильцы, имели реальный шанс увезти «Золотую Нике» навечно. Это придавало давнему противостоянию особенно острый характер. И хотя оно в явной форме не выплескивалось на страницы газет, из подтекста аналитических статей, посвященных разбору встреч отборочного турнира, становился ясным «скрытый нерв», сверхзадача будущего чемпионата — доказать преимущества европейской школы футбола, вернуть «блудное дитя» («Золотую Нике») его законной родительнице — старушке Европе. В свете этой скрытой сверхзадачи становятся понятными и достаточно откровенные симпатии арбитров к ведущим, а главное — наиболее подготовленным и перспективным в отношении победы западноевропейским командам, симпатии, не оставшиеся незамеченными журналистами; и излишняя нервозность латиноамериканцев, видимо, ощущавших «заговор» против них, о котором они, в конце концов, заявили открыто. И наконец, впечатление, создающееся спустя 35 лет от просмотра прессы и доступных видеоматериалов, впечатление, что восьмой чемпионат был соревнованием в большей степени межконтинентальным, чем межнациональным.

Но, так или иначе, сверхзадача была выполнена. Поэтому поражение латиноамериканского футбола стало главной, хотя и почти не обсуждавшейся в прессе, сенсацией восьмого чемпионата.

Внешне повторилась ситуация 1934 года: в полуфинал прошли только европейские команды. Но тогда в чемпионате не принимала участия сборная Уругвая, а аргентинцы и бразильцы выступали в далеко не лучших составах. В дальнейшем одна или две латиноамериканские команды непременно участвовали в полуфинальных играх, трижды завоевывали звание чемпиона мира (1950 г. — Уругвай; 1958 и 1962 гг. — Бразилия), дважды занимали 3-е место (1938 г. — Бразилия; 1962 г. — Чили), один раз — 2-е место (1950 г. — Бразилия). В 1966 году в состав сборных Аргентины, Бразилии, Мексики, Уругвая, Чили входили лучшие футболисты этих стран. Большинство матчей с участием латиноамериканских сборных прошли остро и интересно. Однако элитные европейские команды победили, хотя справедливость отдельных решений арбитров, решений, способствовавших победам европейцев в ключевых матчах, вызывает сомнение. Так что не только ошибки при подготовке команд и тактические просчеты при организации игр стали причиной поражения латиноамериканцев. В ряде случаев проиграть им «помогли». Но теперь об этом поздно рассуждать. Как говорится, игры забываются, а счет остается.

Особенно ошеломляющим было поражение сборной Бразилии. Правда, не все предсказывали бразильцам победу. Возомнившая себя непогрешимой торсида и погрязшая в патриотическом угаре бразильская пресса — не в счет. Амплитуда их колебаний всегда достигала крайних величин: либо небывалый триумф, либо национальная катастрофа, причем как «катастрофа» воспринимался любой результат, кроме полной победы. Но при подготовке к восьмому чемпионату, по словам Пеле, «под влиянием прошлых ус-
пехов вся страна уверовала в победу бразильской сборной на мировом чемпионате третий раз подряд, что от нас не потребуется особого труда и что предстоящие игры — чистейшая формальность… Судя по тогдашним высказываниям руководителей бразильского футбола, нам лишь надо было появиться на стадионах Англии, обыграть всех соперников, принять из рук королевы золотой кубок и отвезти его в Бразилию».

Однако даже в Бразилии не все пребывали в угаре. Тренер бразильской сборной В. Феола пытался остудить горячие головы соотечественников, напоминал, что чемпионат еще не начался и что «завтрашний день и завтрашний матч всегда самый трудный». А приехав на чемпионат, в одном из первых интервью не назвал свою команду в числе главных претендентов на победу, отдав пальму первенства европейским сборным — Италии, Англии и ФРГ. «Я не верил в нашу победу в Англии и не хотел туда ехать… — вспоминал он пятнадцать лет спустя. — Это не было каким-то предчувствием или ясновидением, нет! Я был уверен, что нам не удастся сыграть так, как в Чили или Швеции…»

В. Феола был обязан видеть и видел, что команды у него по сути дела нет. Ветераны 1958—1962 годов или сошли, или сходили со сцены. Уже не было Н. Сантоса, Загало, Вава, а главное Диди, признанного всеми неформального лидера. Замены этому «сплавляющему фактору» не нашли. И здесь были бессильны даже такие гении, как Пеле и Гарринча. Кстати, гениям на чемпионате в Англии не повезло. Гарринча после тяжелой болезни был не в форме, и того, кто «делал и с мячом, и с противником все, что ему вздумается», спокойно «пасли» венгр Шепеши и болгарин Гаганелов. Пеле получил тяжелую травму. Новички бразильской сборной — будущий «император футбола» Жаирзиньо, прозванный «тенью Пеле» Тостао, Жерсон — были талантливыми, но » необстреляными» футболистами. Так что команды не было, и в этом главная причина поражения. Поражения для бразильцев сокрушительного: из трех матчей они проиграли два, и оба убедительно — 1:3. Впервые не преодолели группового барьера и закончили чемпионат с отрицательным балансом забитых и пропущенных мячей — 4:6. «Мы проиграли… Но звезда Бразилии не закатилась, — успокаивал своих разгневанных соотечественников Пеле. — Она еще будет блистать. Мы извлечем уроки и будем бороться». Прогноз Пеле скоро оправдался.

Мексиканцы, попав в ситуацию, близкую к бразильской (из трех игр одно поражение, две ничьи; соотношение забитых и пропущенных мячей 1:3), не унывали и даже не утратили чувства юмора. Пятый раз они участвовали в мировом первенстве и ни разу не преодолели группового барьера. «Довольны ли вы выступлением своей команды?» — спросили мексиканского тренера И. Треллеса. «А почему мне быть недовольным? — ответил, улыбаясь, тренер, — мы набрали столько же очков, сколько чемпионы мира…»

Если бразильцев только поучали или критиковали (каждому лестно дернуть за хвост поверженного льва), а мексиканцев не замечали, то об игре сборных Аргентины, Чили, Уругвая писали в основном объективно, отмечая сильные и слабые стороны команд и их отдельных игроков.

По единодушному мнению прессы, Аргентина на чемпионате была представлена сильной и использующей «современные тактические приемы» командой. Нападающего аргентинцев Онегу сравнивали с Пеле и даже высказывали мнение о его превосходстве перед Пеле в отношении скорости, владения мячом, силы удара, «разнообразия и чистоты дриблинга». Составляя символическую сборную чемпионата, журналисты включили в нее трех аргентинцев: нападающих Онегу и Маса, защитника Марзолини. Особо отмечалось, что аргентинцы снискали славу «команды с непробиваемой защитой».

Сборная Аргентины провела на чемпионате четыре матча и преодолела групповой барьер без поражений. В матчах с испанцами и швейцарцами аргентинцы много атаковали, не ослабляя в то же время линию обороны, которую, кроме защитников, постоянно опекал центральный полузащитник Раттин. Отлично стоял голкипер Рома, несколько раз спасший ворота от ударов испанского нападающего дель Соль. В результате испанцы (обладатели Кубка Европы 1964 года) проиграли со счетом 1:2 (голы забил Артиме на 66-й и 79-й минутах), а швейцарцы — 0:2 (Артиме на 52-й минуте и Онега на 81-й). От более крупного поражения испанцев спас голкипер Ирибар, швейцарцев — неточность ударов аргентинских форвардов. В матче Аргентина— ФРГ, закончившемся со счетом 0:0, обе команды избрали оборонительную тактику. Любопытно, что даже получив численное преимущество (на 65-й минуте был удален аргентинский защитник Альбрехт), немцы не стали активизировать игры, доминируя лишь в центре поля. Впрочем, «безрезультатная» ничья была выгодна обоим соперникам.

Четвертьфинальный матч Аргентина—Англия справедливо охарактеризован тренером английской сборной А. Рамсеем как «непривлекательная игра» и обратил на себя внимание лишь скандалом, имевшим далеко идущие последствия. На 35-й минуте западногерманский арбитр Р. Крейтляйн удалил с поля за якобы нанесенное ему оскорбление капитана аргентинской сборной Раттина. Арбитр несколько раз побывал в Латинской Америке, где познакомился не только с местной спортивной, но и с ненормативной лексикой. Опираясь на эти познания, арбитр утверждал, что Раттин допустил в его адрес бранное выражение. Аргентинцы пробовали протестовать, но в ходе десятиминутной перебранки с участием шефа судейской бригады английского арбитра К. Астона доказать ничего не смогли. Раттин был вынужден подчиниться. В условиях численного преимущества и нервозности соперников англичане сумели забить один гол (Херст на 79-й минуте).

После матчга аргентинцы хотели выяснить отношения с арбитром, но Р. Крейтляйн, прибегнув к помощи полиции, избежал неприятностей. Раттин опубликовал в английской печати несколько заявлений, в которых утверждал, что «он лишь просил арбитра вызвать на поле переводчика, а его жест был расценен как оскорбление». Протестовала и аргентинская команда, считавшая действия судьи несправедливыми. Возможно, скандал утих бы сам собой. Но масла в огонь подлил А. Рамсей, назвавший в одном из телевыступлений аргентинских футболистов животными. Заявление вызвало возмущение аргентинцев. В Буэнос-Айресе прошли манифестации болельщиков, было атаковано английское посольство. Возможно, в этой истории следует искать корни непримиримых отношений между английскими и аргентинскими футболистами.

Что касается решения арбитра Р. Крейтляйна, то оно действительно может быть расценено как известная помощь английской команде, в особенности если учесть, что англичане были заинтересованы в нейтрализации Раттина, цементировавшего «непробиваемую аргентинскую оборону». Ведь если даже Раттин допустил в адрес арбитра бранное выражение, которого, кстати, кроме самого арбитра никто не слышал, удаление с поля — слишком суровая кара. В связи с этим удивительно, что безобразное высказывание А. Рамсея осталось безнаказанным и не помешало королеве Великобритании вскоре ввести его в круг высшей британской аристократии, присвоив ему звание сэра.

Историю с удалением Раттина и ее последствия можно было бы считать хотя и неприятным, но единичным инцидентом, если бы не другой случай «благоволения» к англичанам арбитра (на этот раз французского), не вызвавший, правда, громкого скандала. Шел полуфинальный матч Англия—Португалия. Англичане вели 2:0, но на 82-й минуте английский защитник Д. Чарльтон отбил мяч рукой, и в ворота англичан был назначен пенальти, реализованный Эйсебио. Через две минуты ситуация повторилась: английский защитник руками буквально снял мяч с головы португальского форварда Торреса. Французский арбитр П. Швинте на это не отреагировал. «Почему он не назначает пенальти?» — спросил комиссара ФИФА тренер португальской команды О. Глория. «Вы слишком многого хотите, — ответил комиссар. — Публика еще не успокоилась после первого пенальти». Интересно, как бы поступил арбитр и что бы ответил комиссар, если бы подобное произошло в штрафной площадке португальцев?

Приключений не миновали и уругвайцы. В группе они играли спокойно и технично, за голами, как и в 1950 году, особенно не гнались, больше думали об обороне и даже ввели «чистильщика» — Троче, о котором газеты писали как «об одном из лучших современных стопперов». В двух предыдущих чемпионатах результаты сборной Уругвая были достаточно скромны — команда не преодолела группового барьера и, может быть, поэтому стала участником церемониального матча открытия — турнира с хозяевами чемпионата — англичанами.

Этот матч, по замыслу организаторов, должен был задать тон всему чемпионату и, следовательно, быть результативным. Предполагалось, что уругвайцы станут легкой добычей. Зрители ожидали разгромного счета, а «англичане играли, чувствуя себя обреченными на победу». Но победа не состоялась, хотя территориальное превосходство было на стороне англичан и почти весь второй тайм игра шла практически у одних ворот. Но уругвайские защитники и вратарь Мазуркевич сделали свое дело; помогли и английские форварды, не раз направлявшие мяч мимо цели. В конце игры англичане занервничали, допускали некорректность. В частности, английский защитник Стайлз ударил уругвайского игрока, и венгерский арбитр И. Жолт, видимо, не желая обострять ситуацию или «портить праздник», разрешил конфликт, назначив спорный. Уругвайцы сдержались.

Нулевой ничейный результат обманул ожидания болельщиков и английской прессы. «Британцы проявили беспомощность, — писала одна из газет, — …набегав километраж в пять раз больший, чем уругвайцы, они не добились результата. Что же будет дальше?» А. Рамсей поспешил заявить о «великолепной игре» уругвайской сборной и заверить болельщиков в конечной победе своей команды, а также в том, что уругвайцы вряд ли завоюют на чемпионате призовое место.

Сыграв вничью с мексиканцами (0:0) и обыграв французов (2:1), уругвайцы без проблем вышли в четвертьфинал, где их ожидали основные неприятности. Четвертьфинальный матч ФРГ—Уругвай проходил при явном преимуществе сборной Германии. Хотя уругвайцы периодически выполняли обещание президента своей федерации К. Сайза «показать атакующий футбол», немцы атаковали чаще, были организованней и уверенней. Счет открыл на 11-й минуте Халлер. Этот гол и последовавший за ним продолжительный натиск немецкой команды изменили настроение уругвайцев: они не только укрепили защиту, но и начали использовать недозволенные приемы.

Английский арбитр Дж. Финней тщетно пытался их урезонить, беседовал с капитаном команды. Исчерпав все возможности, после очередной грубости (на 49-й минуте был сбит немецкий нападающий Эммерих), он удалил с поля центрального защитника уругвайской команды Троче. Но это не отрезвило уругвайцев, и через пять минут арбитр вынужден был удалить еще одного игрока уругвайской команды — Сильву. После этого исход поединка был предрешен. Немцы успешно реализовали численное преимущество: до конца матча в ворота Мазуркевича было забито еще три мяча (Беккенбауэр — на 70-й минуте, Зеелер — на 75-й и Халлер — на 83-й). После игры трое уругвайских футболистов затеяли драку с арбитром, за что были дисквалифицированы дисциплинарным комитетом ФИФА на несколько международных игр. Попытка уругвайцев оспорить действия арбитра успеха не имела. «Но так или иначе, — писал обозреватель X. Шерзер, — немецкая команда еще в первом тайме заставила южноамериканцев играть под свой аккомпанемент и, думается, победила бы даже в том случае, если бы второй тайм провела не против девяти игроков, а против полной команды. Самое грустное то, что последний раз ФРГ и Уругвай встречались четыре года тому назад (победили немцы 3:0), и было интересно узнать, что изменилось за эти четыре года. Мы узнали только то, что у уругвайцев не в порядке нервы».

Другой сенсацией стало выступление дебютантов чемпионата — сборных КНДР и Португалии.

О корейской команде — единственном представителе на чемпионате футболистов Азии, Африки и Океании — спортивные обозреватели практически ничего не знали и, после ряда неопределенных и расплывчатых оценок, пришли к выводу, что «сборная КНДР не достигла уровня европейского футбола». Первый матч группового турнира СССР—КНДР, казалось, подтверждал этот вывод: атакам корейцев не хватало резкости, скоростных рывков, нападающие «обычно принимали мяч не на бегу, а стоя спиной к воротам противника». В результате наши победили со счетом 3:0. Однако дальнейшее показало, что тактические просчеты корейских футболистов в значительной мере обусловлены отсутствием турнирного опыта. В ходе группового турнира, по мнению большинства спортивных обозревателей, аккредитованных на чемпионате, команда КНДР «прогрессировала буквально на глазах”. Особенно сенсационным был матч с итальянской сборной, закончившийся победой корейских футболистов (1:0, гол на 42-й минуте забил Пак Ду Ик).

Как и на предыдущем чемпионате, в Англии итальянцы выступили неудачно и не преодолели группового барьера. Правда, они убедительно обыграли чилийцев (2:0), и победа над сборной КНДР была для них шансом выйти в четвертьфинал. Впрочем, в победе итальянцы не сомневались. «Корейцы будут атаковать — это я знаю, — заявил накануне матча тренер итальянской сборной Э. Фаббри. — А мы будем забивать голы — в этом я просто уверен. Так же уверен и в том, что мы выйдем в четвертьфинал». Но Э. Фаббри ошибся. «Казавшееся всем невозможным все же произошло! — писала «Дейли скетч». — Итальянские игроки и тренеры были поражены… Их изумила исключительная скорость, неистощимая энергия, высокий боевой дух соперника». «Это был урок… за тщеславие и самомнение…» — вторил обозреватель лондонской «Дейли Экспресс» А. Хоуп. По праву или по воле случая, но корейцы вошли в восьмерку сильнейших футбольных команд мира, однако дальнейшее их продвижение было остановлено более сильным соперником — сборной Португалии. Больше северные корейцы на мировой футбольной арене не появлялись.

Хотя португальские футболисты впервые участвовали в мировом первенстве, футбольные традиции в этой стране сложились сравнительно давно. В 1904 году был основан суперклуб «Бенфика», в 1914 году образована Федерация футбольных ассоциаций, которая в 1923 году стала членом ФИФА. Международные соревнования не были новостью для португальских клубов. Лиссабонская «Бенфика» дважды (1961, 1962) была обладателем Кубка европейских чемпионов
и дважды (1963, 1965) — финалистом этого престижного соревнования. В 1964 году «Спортинг» завоевал Кубок обладателей кубков.

Ядро португальской сборной составляло «мозамбикское трио”: тридцатилетний Лукас Висенте — защитник, мастер «разрушения комбинаций противника», надежный «пастух” его особо опасных нападающих; Марио Колуна, 31 года — капитан команды и ее надежный, всевидящий диспетчер, мастер «футбольной интриги”, способный пожертвовать своими привычками и интересами ради целей команды, и двадцатичетырехлетний Эйсебио да Сильва Ферейра — восходящая суперзвезда мирового футбола. Три друга, объединенные не только общностью происхождения, но и единым представлением о сущности футбола.

К чемпионату 1966 года Эйсебио был уже известным футболистом, обладателем Кубка европейских чемпионов (1962) и «Золотого мяча» (1965). Аналитики и коллеги знали его как виртуоза атаки, знали его своеобразную и безукоризненную технику, взрывные рывки и затяжные спурты, сочетающиеся с пристрастием к маневренной игре, необычайно широкий диапазон действий, великолепное владение мячом и отлично поставленные удары с обеих ног… Журналисты нередко называли его европейским Пеле. Но с Пеле его роднил только выдающийся талант. Гении не могут быть одинаковы, и Эйсебио не нуждался в сравнении с кем-либо. Он вошел в историю спорта как великий футболист со своей неповторимой манерой игры, со своими представлениями о красоте и тактике современного футбола. Эйсебио был бесспорным фаворитом чемпионата и оправдал надежды своих болельщиков. Забив 9 голов, он стал лучшим бомбардиром первенства, и в ряде матчей именно его игра обеспечила победу команде.. Продолжение…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

семь − пять =