Чемпионат мира по футболу 1938 г., Франция (начало)

Рекорд Витторио Поццо

Организация третьего чемпионата началась с конфликта. Согласно регламенту ФИФА чемпионаты мира должны были проводиться в Европе и Южной Америке поочередно, и предполагалось, что столицей нового турнира будет Буэнос-Айрес. Однако состоявшийся в Берлине конгресс ФИФА решил провести его во Франции, отдавая этим дань заслугам Ж. Риме, А. Делоне и Р. Герена в развитии международного футбольного движения.

Так объясняют решение Берлинского конгресса некоторые историографы футбола. Вместе с тем нельзя исключить, что европейцы, составлявшие большинство в ФИФА, стремились уменьшить и ослабить представительство на чемпионате южноамериканских футболистов, предвидя негативную реакцию аргентинцев. Если последнее верно, европейцы добились своего: аргентинская сборная отказалась приехать во Францию, присоединившись к бойкоту, который ранее предпринял Уругвай в отношении чемпионатов, проводимых в Европе. Таким образом, две сильнейшие национальные команды не принимали участия в чемпионате. Если к этому добавить, что сложившаяся в Европе политическая ситуация не позволила участвовать в чемпионате командам Испании и Австрии, можно понять, почему некоторые аналитики называют третий чемпионат «наименее представительным… из всех».

Тем не менее отборочный турнир был упорным и продолжительным. Впервые от участия в нем были освобождены команда — победитель предыдущего чемпионата и хозяева первенства. Дебютантами чемпионата стали футболисты Кубы, Нидерландской Ост-Индии (Индонезии), Норвегии и Полыми. Реально вместо 16 отобранных команд борьбу за «Золотую Нике» вели 15. В связи с аншлюсом австрийские футболисты вошли в состав команды Германии. Турнир разыгрывался по олимпийской системе, и соперник австрийцев — команда Швеции — прошла во второй круг без игры.

Шведам повезло, но остальные семь матчей проходили в упорной борьбе. Достаточно сказать, что два из них переигрывались, а в двух назначалось дополнительное время. Фаворитам чемпионата — Италии и Бразилии — упорное сопротивление оказали новички — команды Норвегии и Польши, а сборная Кубы даже вышла в четвертьфинал.

Хотя победа кубинской сборной над румынами стала большой неожиданностью для большинства болельщиков и прессы, в их изнурительном двухматчевом поединке не было ничего запоминающегося. Журналисты отмечали отличную игру кубинских голкиперов Карвахалеса и Айреса, нередко спасавших свою команду в трудных ситуациях. Вместе с тем первый матч был достаточно обилен на голы (по 3 в ворота каждого из соперников).

Однако у очевидцев сложилось впечатление, что основные румынские голеодоры, прежде всего многоопытный и изобретательный Добай, не проявили должной активности. Счет на 30-й минуте открыл молодой румынский нападающий Биндя, ответный последовал через 10 минут (Сокорро — 40-я минута). Второй тайм проходил во взаимных, недостаточно вялых атаках. Лишь в конце соперники обменялись голами (кубинец Фернандес — 87-я минута, румын Баратки — 88-я). В начале дополнительного времени более активны были румыны. И это принесло им успех: на 100-й минуте Биндя вывел свою команду вперед. Но вместо того, чтобы попытаться развить успех, румыны ушли в оборону и были за это наказаны: на 111-й минуте Тунас сравнял счет. Дальнейшая борьба не принесла результата.

Румыны были явно обескуражены ничейным результатом и для второго матча значительно изменили состав команды. Состав, но не тактику. Так же, как в дополнительное время основного матча, они были активны в начале и добились успеха (на 35-й минуте Добай открыл счет), а затем только оборонялись. В результате кубинцы на 50-й и 55-й минутах провели два мяча в ворота румынской сборной и победили.

Четвертьфинальный матч обернулся для кубинцев полнейшим разгромом. «Везунчики” шведы со свежими силами буквально набросились на утомленных двухматчевым марафоном соперников. «Соскучившиеся по игре скандинавы забросали экзотов из Карибов голами». — писала об этом матче «Футбольная неделя». Голов в одни ворота в этот день действительно забили очень много: игра закончилась со счетом 8:0. В каждом тайме в сетку ворот кубинцев шведы отправили по 4 мяча. Особенно отличились нападающие Веттерстрем и Келлер, выполнившие по хет-трику. Спортивные обозреватели отмечали, что голов могло быть больше, если бы, во-первых, «шведы во втором тайме играли порасторопнее», и, во-вторых. если бы кубинский голкипер Карвахалес «не тащил мертвых мячей». Считают, что он спас свою команду от еще 6—7 голов.

Как и на предыдущем чемпионате, сенсационным стало выступление немцев. Только в 1934 году они неожиданно для всех заняли третье место, а в 1938 году — проиграли уже в 1/8 финала. Усиленная австрийскими футболистами, сборная Германии претендовала на роль фаворита, надеясь по меньшей мере выйти в полуфинал. Но надежды не оправдались. Этот проигрыш был для Германии событием не столько спортивным, сколько политическим. Не случайно, комментируя результаты поединка со сборной Швейцарии, немецкий тренер Йозеф (Зепп) Гербергер возложил ответственность за поражение своей команды на антинемецкие настроения, царившие на чемпионате. «Мы проиграли в бушующем «котле ведьм», — заявил он прессе. — Все сговорились против нас. Поверьте мне, что была страшная битва, это уже не было игрой».

Гербергер во многом лукавил, ибо наверняка понимал главную причину поражения своих питомцев. Но он был совершенно прав в том, что антинацистские настроения и среди участников чемпионата, и среди болельщиков существовали и что сборная Германии ассоциировалась в их сознании с фашистским рейхом. «Ни одна победа не была такой сладкой, как в Берлине, когда мы поколотили нацистов со счетом 6:3», — вспоминал о матче сборных Англии и Германии, состоявшемся за месяц до чемпионата, знаменитый английский футболист Стенли Мэтьюз. В отношении «страшной битвы» Гербергер тоже почти не преувеличивал. Поединок немцев со сборной Швейцарии был матчем открытия, продолжался в течение двух дней (210 минут) и проходил поразительно остро и упорно. Он чем-то напоминал памятный матч Италия—Испания на чемпионате 1934 года; только не подсуживали и было меньше грубости.

Первый день, несмотря на дополнительное время, не выявил победителя. Борьба была жесткой и бескомпромиссной. На 23-й минуте Йозеф Гаухель забил гол. Но немцы торжествовали не долго: через 20 минут Андре Абегглен сравнял счет. Взаимные атаки во втором тайме и в дополнительное время не принесли успеха ни одному из соперников. Переигровка началась со стремительных атак немецких футболистов, сравнительно быстро принесших результат. Уже на 9-й минуте, обойдя защиту по левому краю, немецкий форвард Вильгельм Ханеманн забил первый гол в ворота швейцарской сборной. Примерно через 10 минут Эрнст Ленер удвоил счет. Казалось, победа у немцев в кармане. Но швейцарцы не дрогнули. Первый гол они отыграли уже в конце первого тайма. Его на 42-й минуте с подачи Эби забил Валашек. Во втором тайме швейцарцы прибавили темп и с самого начала непрерывно и методично атаковали. Довольно скоро стало ясно, что немецкая сборная не выдерживает предложенного темпа игры. Даже в условиях численного преимущества (примерно на 50-й минуте получил травму Эби и в течение 20 минут швейцарцы играли вдесятером) немцам не удавалось сдерживать натиск соперников.

На 65-й минуте двадцатилетний Альфред Биккель сравнял счет. Но подлинным героем матча стал правый полусредний швейцарской команды — опытный и проворный Андре Абегглен. Немцы знали, сколь опасен знаменитый швейцарский форвард. «Смотрите в оба, — предупреждал своих питомцев Гербергер. — Этот Абегглен на все способен, если его оставить без надзора». Трижды Абегглену удавалось освободиться от плотной опеки. На 65-й минуте, совершив стремительный проход по правому краю, он своевременно и точно отдал голевой пас Биккелю, а на 76-й и 79-й минутах сам дважды послал мяч в сетку ворот немецкого голкипера Рафтля.

«Через треть часа после начала игры немецкая команда вела 2:0. Почему она после этого не выдержала и позволила швейцарцам забить 4 гола, относится к вечным и необъяснимым тайнам футбола», — писал об этом матче немецкий историк футбола Andreas Baingo. Но «необъяснимой тайны» на самом деле не было. Швейцария выставила на чемпионат по-настоящему сильную команду. Саверино Минелли — один из лучших защитников Европы довоенного периода. Мощный, цепкий, ловкий и бескомпромиссный, он особенно прославился мастерством отбора мяча. Уже упоминавшиеся Абегглен — самый популярный футболист Швейцарии, и Биккель — в 1938 году восходящая звезда европейского футбола. Но лицо команды определяло не столько наличие звезд, сколько тактические принципы. Ее тренер, Карл Раппан, в недавнем прошлом высококлассный футболист австрийской школы, игравший и нападающим, и полузащитником, и защитником, хорошо понимал роль надежно организованной обороны (не случайно именно он изобрел одну из первых оборонительных систем —»швейцарский замок», или «замок Раппана») и важность четкого взаимодействия между игроками различных амплуа, был сторонником и пропагандистом командного футбола.

Для немецкой сборной, в составе которой было немало классных футболистов, роковым оказалось решение о включении в ее состав наиболее перспективных игроков из бывшей сборной Австрии. По замыслу спортивных фюреров третьего рейха, это должно было символизировать единство «старого рейха» и «Ostmark». Такое чисто политическое решение привело к тому, что немецкая команда лишилась единого стиля игры: «немецкая» часть сборной ориентировалась на жесткую, силовую игру, австрийская — на филигранную технику, изящные финты и «плетение венских кружев». «Венская смесь в прусской обертке», как назвал Гербергер в своих воспоминаниях немецкую сборную 1938 года, не стала единым коллективом. «Нет немецкой команды, — писал из Парижа известный немецкий спортивный обозреватель Ганс Мюлленбах, — а есть группа из 11 хороших игроков, которые различно понимают друг друга». Но если нет команды, разве может быть победа?

Что касается швейцарцев, то изнурительный двухматчевый поединок и травмирование двух ключевых игроков (Минелли и Эби) подорвали силы команды. Четвертьфинальный матч они проиграли.

Бразильскую сборную провожали на чемпионат с помпой. На банкет было приглашено 2500 человек, тысячи людей собрались в порту перед ее отплытием в Европу, чтобы пожелать своей команде удачи, а точнее — выразить свою уверенность в ее успехе. Тренер Адемар Пимента полагал, что подготовленная им команда по классу не уступает сборной Уругвая образца 1930 года, и, возможно, в душе надеялся привезти в Бразилию «Золотую богиню». Тренер, конечно, преувеличивал. В его команде не было такого набора звезд первой величины, а главное — такой сыгранности и тактической культуры, как у уругвайской сборной 1930 года. Но два по-настоящему великих футболиста в составе бразильской команды 1938 года были. Старший из них — один из лучших защитников в истории бразильского футбола, мощный, жесткий и хладнокровный Антонио Домингос, по прозвищу «Сфинкс”. Второй — лучший футболист и самый знаменитый человек Бразилии конца 30-х — первой половины 40-х годов 20 века, стремительный, виртуозно владевший мячом и прирожденный бомбардир Леонидас да Сильва — «Черный бриллиант». Именно Леонидас стал героем чемпионата 1938 года, его лучшим бомбардиром и суперфорвардом.

Голы Леонидаса запомнились любителям футбола, обросли легендами. Пишут, например, что один из своих голов Леонидас забил, завязывая шнурок на бутсе. Вратарь соперников выбил мяч прямо на Леонидаса, приводившего в порядок свою обувь.

«Черный бриллиант» выпрямился, сделал удар по мячу в направлении ворот соперника и продолжил… завязывание шнурка. Удар же оказался голевым. Многие вспоминают и знаменитый «гол от гетры», когда во время атаки бутса Леонидаса увязла в грязи. Оставшись в одной гетре, Леонидас продолжил атаку и именно ногой без бутсы нанес удар, доставивший мяч в сетку ворот соперника. Говорят, что Леонидас хотел снять и вторую бутсу, но судья и технический ведущий матча запретили ему играть в одних гетрах. Но запомнились, конечно, не только курьезы. Удивительные пластичность и техника привели Леонидаса к овладению виртуозным ударом через себя («ножницы»), который исполнялся им с обеих ног. «Ножницами» Леонидас забивал голы и на чемпионате 1938 года — в ворота польской, чехословацкой и шведской сборных.

Поединок 1/8 финала — Бразилия—Польша — был, как считают многие аналитики, самым драматичным матчем чемпионата. Бразильцы явно недооценили силы и опасности соперника. Между тем предчемпионатные выступления польской сборной должны были насторожить их будущих соперников. В отборочном турнире поляки потеснили югославов, которые на чемпионате 1930 года переиграли бразильцев. В преддверии чемпионата польские футболисты в международных встречах одержали несколько убедительных побед. Достаточно вспомнить разгром ими сборной Ирландии — 6:0. «Я сам видел, — говорил незадолго до чемпионата известный южноамериканский голкипер Рауль Эстрада, — как поляки разорвали «Болонью» с разницей в пять мячей. Они играют в аргентинском стиле».

Но «кудесники мяча» были уверены в себе, и это едва не привело их к поражению. Поединок протекал удивительно остро и эмоционально. Необычно частый обмен голами (за 120 минут было забито 11 мячей) приводил публику в экстаз. В центре внимания зрителей была дуэль двух форвардов — выдающихся голеодоров, не желавших уступить друг другу пальму первенства — Леонидаса и поляка Эрнста Виллимовски. Эта дуэль была не лишена комизма: небольшого роста, быстрый, юркий, «эластичный» Леонидас, которого многие называли «человек-каучук», соревновался с атлетически сложенным и высокотехничным гигантом, сметавшим всех на своем пути, — Виллимовски. Гигант перещеголял «Черного бриллианта»: он выполнил покер, тогда как Леонидас — хет-трик. Но польская команда все равно проиграла. У бразильцев, кроме Леонидаса, нашлись и другие голеодоры (Пеллициари, Перацио). Пресса встретила победу бразильцев, мягко говоря, прохладно. «Блестящие технари, акробаты, но тактики никакие», — писал о бразильцах обозреватель немецкого «Киккер». Многие высказывали сожаления по поводу быстрого схода с дистанции польской команды, хвалили игру Виллимовски, капитана команды Щепаняка, форварда Водаржа. Сожаления были объективны, но жребии суров, а бразильцы оказались сильней.

Если поединок Бразилия—Польша был самым результативным, то матч Бразилия—Чехословакия — самым позорным матчем чемпионата. По свидетельству очевидцев, он «вылился в вакханалию хулиганства» и «больше напоминал регбийный матч, чем футбольный». Столкновения между футболистами начались уже в первом тайме, и виновниками их чаще всего были бразильцы. Венгерский арбитр П.

Херцка пытался навести порядок: на 14-й минуте он удалил с поля бразильца Зезе, на 89-й — бразильца Машадо и чеха Ржигу. Но усилия его оказались тщетными: драки возникали то и дело на протяжении всего матча, причем в них принимали участие не только полевые игроки, но и запасные, устремлявшиеся на поле при каждом новом раунде побоища. Многие футболисты получили серьезные травмы, а вратаря чехословацкой команды Планичку и нападающего Неедлы отправили в больницу. Первого — с переломом руки, второго — ноги.

Бразильцы, однако, были не только более агрессивны, но и более
активны в игре. Оставшись в меньшинстве, они оттянули хавбека в оборону, а инсайдов — в полузащиту и продолжали атаковать. Счет был открыт на 30-й минуте: в ходе розыгрыша штрафного Леонидас взял ворота Планички, используя свой фирменный удар («ножницы»). Поговаривали, что Леонидас забил из положения вне игры, но гол был так красив, что судья засчитал его. Эти «разговоры» вряд ли достоверны: П. Херцка был зол на бразильцев и не упустил бы случая, чтобы их наказать. Кстати, во втором тайме такой случай ему представился: на 63-й минуте арбитр зафиксировал игру бразильского футболиста рукой в пределах собственной штрафной площадки и назначил пенальти, который успешно реализовал Неедлы. После забитого гола Неедлы вынужден был покинуть поле: почти 20 минут он играл со сломанной ногой (об этом позаботились Зезе и Машадо) и все оставшиеся силы вложил в пенальти. Конец второго тайма и дополнительное время не принесли успеха ни одному из соперников.

После беспредела «битвы в Бордо» (так журналисты окрестили описанный выше матч) на переигровку команды вышли в существенно обновленном составе. Чехословацкая сборная недосчиталась 9 игроков, в том числе самых именитых — Планички, Пуча, Неедлы; бразильцы — 5. Но и в ослабленном составе сломить чехов удалось далеко не сразу. Более того, счет на 23-й минуте открыл чехословацкий полузащитник

Властимил Копецки, и бразильцам понадобилось сравнительно много времени, чтобы отквитаться. Леонидас забил ответный гол на 56-й минуте, после того как были травмированы Коштялек и Копецки, и стало ощущаться, что чехословацкие футболисты утомлены. Тем не менее, на гол Леонидаса чехи ответили прорывом и мощным ударом Сенецкого по воротам. Бразильский голкипер Вальтер накрыл мяч, но, как показалось многим, за линией ворот. Однако французский арбитр П. Кадвилль взятия ворот не зафиксировал. Состоявшаяся же вскоре атака бразильцев увенчалась успехом: Роберто с подачи Леонидаса забил гол, решивший исход поединка. Бразильскую сборную ждала встреча с итальянцами.

Результаты чемпионата 1934 года не удовлетворили амбиций венгров. «Мы должны доказать, что мы сильнее чехов и австрийцев, и мы будем побеждать всех, и не только на полях Европы», — заявил тренер венгерской сборной Карой Дитц. Этот лозунг, вполне соответствовавший идеологии тяготевшего к фашизму диктаторского режима М. Хорти, Дитц подкрепил делами. Он реформировал команду, внес изменения в тактику ее игры, взяв за основу концепцию командного атакующего футбола. Воспитанник австрийской школы, Дитц признавал роль зрелищности в футбольном поединке, но видел красоту игры не в «плетении венских кружев» и демонстрации эффектных, но безрезультатных финтов, а в стремительности четко организованной атаки, разрезающей, как нож масло, оборонительные порядки соперника. «Стрела неожиданной атаки, вонзившаяся в ворота противника, прекраснее кружевного узора самых замысловатых финтов», — наставлял тренер своих подопечных.

Пересматривая состав команды, Дитц не был столь радикален, как его немецкий и итальянский коллеги, и сохранял опытных, хорошо зарекомендовавших себя игроков. Вместе с тем защиту он заменил полностью. На место Фуго и Штернберга он поставил молодых и техничных игроков силового плана — Корани и Биро; ключевого игрока сборной, многоопытного полузащитника, обладавшего тонким чутьем и умением опекать опасных соперников, — Лазара — оттянул в защиту. До Грошича венгерские футбольные клубы не располагали голкиперами мирового класса, и тренер сохранил самоотверженного Сабо, смелость и быстрота реакции которого не раз спасали команду в трудных ситуациях. Особенно внимательно Дитц подошел к формированию пятерки нападения. Ее ключевыми фигурами были легендарный доктор Шароши (степень доктора философии он получил в 1936 году) — один из лучших нападающих мирового футбола 30-х годов, участвовавший в чемпионате 1934 года, и элегантный, высокотехничный и в то же время грозный форвард Женгеллер, прозванный за футбольную мудрость «профессором». «Доктор» и «профессор» были организаторами большинства атак и основными бомбардирами команды в период ее международных встреч. Из старого состава в нападении остались также энергичный и стремительный Титкош …Продолжение

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

12 − 11 =